Цвет Крыльев. Алый - Надежда Сакаева

– А ты? Чей ты Ангел-Хранитель? Ведь если вы должны быть рядом со своими подопечными, то почему в нашей школе новенький ты один?

Дэймон медлил с ответом. Сначала он щелкнул сигнализацией, распугав столпившихся вокруг его машины студентов. Под пристальным взглядом стольких глаз, Анжела поежилась, поспешив сесть в машину. Медленно выехав со стоянки, Дэймон вставил в магнитолу диск. Заиграла тихая, легкая музыка. Именно та песня, которую слышала Анжела из закрытого кабинета в их первую встречу. Сейчас казалось, будто это было несколько лет назад.

– Пока я в свободном полете, – Дэймон, наконец, ответил, горько усмехнувшись.

– Разве так бывает? – удивилась Анжела.

– Бывает. Но, кажется, ты обещала не торопить события.

– Хорошо, думаю я смогу потерпеть немного. К тому же меня больше интересует то место, где ты живешь.

– Разве я обещал показать тебе его? – Дэймон изогнул красиво очерченную бровь.

– А разве нет? – Анжела поджала губы.

– Я обещал показать тебе свой дом.

– Есть разница?

– Есть, – зеленые глаза щурились. За дорогой Хэвенли почти не следил.

– И какая же?

– Время нельзя торопить, – напомнил Дэймон.

– Ну, хоть про что-то же мне можно спрашивать? – спорить с ним не представлялось Анжеле возможным. Слишком уж завораживал зеленый водоворот.

– Можешь спросить что-нибудь про ангелов, – милостиво разрешил он.

– Хорошо. – Анжела кивнула. – У всех ангелов есть крылья?

– У каждого ангела есть крылья, неважно Ангел-Хранитель он, или Ангел Смерти. И у Самаэля они есть, как ты видела. Но поскольку Самаэль, как и остальные Ангелы Смерти, бестелесен, а его облик относительно постоянен, крылья у него тоже бестелесные. У нас же они, как и мы, состоят из плоти, крови и перьев. Поэтому нам приходится снимать одежду, когда мы их выпускаем, а Самаэлю нет.

Ответ Дэймона был обстоятельным.

– А откуда они берутся?

– Даже не знаю, как это объяснить. Пока они нам не нужны, они невидимые у нас за спиной и летать мы не можем. Но если они нам понадобятся, то они начинают материализовываться. Со стороны кажется, что они растут, но это не так.

– Это больно? – в голову Анжеле лезли глупые ассоциации из комиксов «Марвел».

– Нет, – Дэймон горько усмехнулся, – Ангелам-Хранителям это совсем не больно. Вот мы и приехали.

Анжела с любопытством замотала головой, оглядываясь. Пока они ехали, за дорогой она совсем не следила. И сейчас с удивлением отметила, что Дэймон припарковался как раз возле дома дяди Эдда. Того самого друга ее матери, бесследно исчезнувшего.

– Если ты не хочешь показывать мне свой дом, мог бы так и сказать! – Анжела обиженно отвернулась к окну.

– Почему не хочу. Пойдем, – голос, холодный, словно лед, мало вязался с зелеными глазами полными тревоги, которую Дэймон безуспешно пытался скрыть.

Они подошли к дому. Хэвенли достал ключи и открыл дверь.

– Откуда у тебя ключи? Ты знал дядю Эдда? – она уже ничего не понимала.

– Можно сказать и так. Проходи, – он пропустил вперед замешкавшуюся на пороге Анжелу, и, оглядев пустынную улицу, прошел следом, закрыв дверь.

Никто из их не заметил мужчину лет сорока, стоявшего неподалеку и пристально наблюдавшего за ними. Впрочем, даже если бы они его и увидели, то вряд ли обратили на него внимания. Мужчина был ничем не примечателен. Обычный трудяга, одетый в засаленные джинсы, клетчатую рубашку и черную куртку с капюшоном, закрывающим лицо. Проводив молодых людей взглядом, мужчина довольно потер руки, улыбнулся, и, покивав собственным мыслям, пошел прочь. Несмотря на размеренные, медленные шаги, исчез из виду он невероятно быстро.

***

Внутри дома было немыслимо пыльно, будто тут очень долго никто не жил. Окна, заляпанные грязью, не пропускали свет, и в комнатах было темно, словно ночью. Дэймон щелкнул выключателем. Лампочка загорелась, но через секунду, мигнув, погасла.

– Придется так, – недовольно пробормотал он и взял Анжелу за руку. Вдвоем они прошли через гостиную, к скрипучей лестнице, ведущей на второй этаж.

Все в этом доме было знакомо Анжеле с детства, ведь она не раз бывала здесь раньше. И сейчас, кроме клубившейся пыли, ничего не изменилось. Мебель находилась там же, где и была, когда здесь жил дядя Эдд. В коридоре так же стояли его ботинки, на крючке висела, покрывшись толстым слоем пыли, куртка и даже пульт от телевизора лежал, где и всегда – на диване. Казалось, словно хозяин дома вышел в магазин, но почему-то не вернулся.

– Но ты говорил, что живешь с дядей? – спросила все еще ничего не понимающая и растерянная Анжела. На втором этаже было не так грязно. В спальне, в слою пыли, была протоптана дорожка от окна к массивному деревянному шкафу.

– Ты же знаешь, кто я такой. Откуда у меня может быть дядя? – усмехнулся в ответ Дэймон, открывая шкаф. Внутри было много новеньких белых вещей, некоторые еще с этикетками.

– Так откуда ты знал дядю Эдда? – Анжела была в полной растерянности.

– Анжела, – Дэймон взял ее за руку. Его голос был напряжен, сердце бешено колотилось. Он безумно волновался, боясь сказать правду. Но сделать это было необходимо. – Я и есть дядя Эдд.

– Что?

Анжела отшатнулась, прикрыв лицо руками и качая головой, не веря в сказанное. Она была готова к чему угодно, только не к этому. Это было выше ее понимания.

– Анжела, – Дэймон протянул руку, словно желая коснуться девушки, но тут же отдернул ее обратно. – Помнишь, я говорил тебе, что телесный ангел рождается и умирает со своим подопечным. Так вот. Я был Ангелом-Хранителем твоей матери, а заодно и ее лучшим другом.

Дэймон тревожно замолчал, вглядываясь в лицо Анжелы и стараясь предугадать ее реакцию.

– Этого… этого просто не может быть, – наконец выдохнула она. Молодой, прекрасный Дэймон, и уже седеющей дядя Эдд не могли связаться для нее в единое целое.

– Может. И я должен тебе признаться еще кое в чем. Тогда. В тот день, когда Элизабет умерла… тогда вместо нее должна была умереть ты… – Дэймон сжал руку в кулак так, что костяшки пальцев побелели. Лицо застыло, превратившись в ничего не выражающую маску. Лишь глаза блестели нестерпимой тоской.

– Я… я не понимаю, – Анжела выглядела потрясенной, растерянной и ранимой, как никогда. Она словно не слышала Дэймона. Как же он хотел ее обнять, утешить, успокоить. Но мог лишь вот так вот стоять, сжимая кулаки, замерев, в ожидании реакции.

– В той аварии должна была погибнуть ты, а не она. Час Элизабет тогда еще не пришел. Но я…. Я просто не мог этого допустить, – голос Дэймона задрожал. В памяти вновь ожил тот роковой день. – Элизабет была моей подопечной но я… я спас тебя. Я знал, что должно было случиться. И я следовал за вами. Я… я так не хотел этого допустить, что сумел… обогнать Ангела Смерти и спасти тебя. Но взамен он взял Элизабет.